Согласно архивным данным, большинство кладов обнаружили случайно. Серебряные чешуйки и медные монеты, арабские дирхамы и старинные украшения. Эти и многие другие драгоценности в разные годы находили на территории нашей области.

Кофейник из коллекции Белгородского историко-краеведческого музея. Фото Вадима Заблоцкого

Кофейник из коллекции Белгородского историко-краеведческого музея. Фото Вадима Заблоцкого

Один из кладов представлен в постоянной экспозиции Белгородского историко-краеведческого музея: горшочек и пара десятков монет.

«Эти монеты номиналом 2 и 5 копеек относятся к концу правления Елизаветы Петровны – началу правления Екатерины II. На обороте – большая буква Е. Отчеканили их в Екатеринбурге на Монетном дворе из чистой меди. Клад найден во время строительства в Белгороде в 1970-е годы», – рассказала замдиректора – главный хранитель музея Елена Мишакина.

По её словам, за одну такую пятикопеечную монету можно было купить до 16 кг ржи (4–5 буханок хлеба). Для сравнения: если во времена правления Екатерины II человек покупал поместье, то за одного крепостного крестьянина платил 100 рублей. Если же покупали на рекрутскую службу здорового работника, то в начале правления Екатерины II он стоил 120 рублей, а ближе к концу – 400 рублей. То есть пригоршня таких монет – это не такие уж большие деньги по тем временам. А вот в наши дни одна такая монетка стоит от 190 до 4 500 рублей – в зависимости от сохранности.

Вообще клад, выставленный в экспозиции в таком виде, – скорее, исключение. Поскольку каждая подобная монета считается отдельной единицей хранения. Зачастую эти экспонаты попадают на выставки. Например, в 2004 году можно было увидеть монеты из крупного клада, обнаруженного в Ивнянском районе.

А на выставке «Серебряная кладовая» среди прочего экспонировали динарии I–II веков н. э., найденные в 1985 году в Белгороде на ул. Урожайной при строительстве гаража, а также монеты-чешуйки XVII века, которые нашли во время строительства областного драмтеатра.

Испокон веков люди мечтали найти что‑нибудь ценное. Первые упоминания о кладоискателях в наших краях относятся к XVII веку. В обзоре «Клады и кладоискательство в Московской Руси XVII столетия» историк права и медицины Николай Новомбергский рассказывает о случае, произошедшем в 1647 году в корочанском Яблонове. Стрелец Филька Иванов донёс на пятидесятника Федьку Гремячева, на десятника Ивашку Кузнеца и на стрелецкую жёнку Матрёнку. Иванов утверждал, что Матрёнка рассказала ему, что Федька и Ивашка искали ценности:

«Ездили ночью июня в 13-й день и приехали де домой ночью же; а приехав де домой, Ивашко Кузнец с Федькиным племянником с Савкою вынял из телеги мешок и понесли де тот мешок к Федьке Гремячеву на двор насилу, потому де, что тяжело, а чаять де, что они привезли клад».

После допроса оговорённые признались, что действительно искали клад

«Копали курганы за валом на крымской стороне в Короче, против Смесного городка, а ничего де в тех курганах не нашли…»

Незадачливых авантюристов отпустили.

Серебряные монеты-чешуйки из клада. Фото Вадима Заблоцкого

Серебряные монеты-чешуйки из клада.
Фото Вадима Заблоцкого

Ещё одна история связана с Осколом. В 1634 году сын местного жителя Ивана Даманова во время пахоты на старом селшце «… выпахал старых денег больших 550 денег да четыре клепа серебра». Клад этот передали воеводе, а он сообщил о находке в Разрядный Приказ и посадил Даманова в тюрьму до прихода распоряжений. Только спустя два года после челобитной Даманова воеводе приказали прислать его в Москву вместе с деньгами.

Дело в том, что в те времена законы почти не регулировали отношения кладоискателей и государства. Воеводы же стремились выслужиться перед царём и, радея за «государственные ценности», поступали с людьми, нашедшими что‑нибудь ценное, по своему усмотрению.

В XIX веке была создана Императорская археологическая комиссия, и все находки отправлялись туда на экспертизу. После исследования принималось решение о дальнейшей судьбе клада. Обычно его отправляли в музей или возвращали тому, кто его нашёл.

Чаще всего наши предки находили деньги.

В 1867 году в Старогородской волости Белгородского уезда на бахче обнаружили 576 старинных серебряных монет. После экспертизы в Императорской археологической комиссии их передали на переплавку в Монетный двор.

В деревне Темерязева Старооскольского уезда в конце 1880-х – начале 1890-х годов нашли клад, где было около 2 000 серебряных монет XVIII века.

А на хуторе Солохине Грайворонского уезда в 1899 году выкопали деревянную кубышку, наполненную старинными медными деньгами. Одна часть этого клада хранилась у старшины, другая – у старосты.

В селе Тростенец Новооскольского уезда в 1890-х обнаружили старинные клинообразные монеты. Ещё один интересный эпизод касается хутора Кучерова Грайворонского уезда и упоминается в статье 1888 года:

«Аверьян-цыган (известный кладоискатель) вырыл на поле Кучерового хутора в печке старшининого овина кастрюльку с 1 700 рублями серебряных, величиной в талер. На них были какие‑то лица с бородою»

Эти рубли предположительно относились к эпохе Ивана Грозного.

В архивных документах зафиксировано несколько десятков случаев обнаружения кладов в белгородских землях. Иногда попадались не только монеты, но и украшения, а также элементы одежды.

Например, в 1920-е на хуторе Луговка возле Хотмыжска добывали торф, и рабочая Егорова нашла четыре серебряных височных кольца. Их передали в Курский областной краеведческий музей.

Спустя пять лет во время пахоты в Старооскольском уезде нашли глиняный горшок. В нём лежали две пятипальчатые фибулы, шесть поясных пряжек, три наконечника на ремень. Эти вещи датировались VI–VII веками и были переданы в Старооскольский краеведческий музей.

Клад монет XVIII века, найденный в Белгороде. Фото Анны Кущенко

Клад монет XVIII века, найденный в Белгороде.
Фото Анны Кущенко

Интересно, что как минимум два белгородских клада отправили в Эрмитаж. Один из них содержал серебряные вещи и был найден в 1883-м возле корочанского села Стариково. В его составе были семь монетных гривен новгородского типа, колты (древнерусские женские украшения XI–XIII веков) с гравированным изображением растительного побега, два разных браслета, шейная гривна и три пары серёг киевского типа.

Второй клад – уже в советские годы – обнаружили в районе села Завалишино Старооскольского уезда. Крестьянин Феоктист Шеховцев около леса, принадлежащего бывшей усадьбе Кочубея, выпахал глиняную кубышку. А в ней лежал железный ключ, 12 целых и 41 половинка серебряных монет. Причём самая древняя монета из клада датировалась 595 годом и была отчеканена при Хосрове II – шахиншахе из династии Сасанидов, который правил Ираном с 591 до 628 года.

«Вот так находка», – должно быть, подумал Шеховцев и предложил Музею изящных искусств в Москве купить эти монеты. Завязалась переписка, и в итоге находки приобрёл Эрмитаж. Дирхемы исследовал известный нумизмат, востоковед-арабист Рихард Фасмер. Была в кладе и одна серебряная византийская монетка – милиарисий, оценил которую один из самых выдающихся нумизматов XX века Николай Бауер.

Порой белгородские земли накрывала кладоискательская лихорадка.

«В Яблонове нередко крестьяне находили кубышки со старинными серебряными монетами. Изредка попадались и золотые. Вообще в наших местах очень часто говорили о кладах», – пишет в своих воспоминаниях белогвардеец Сергей Туник.

О кладах не только говорили. Тот же Туник описывает попытки одного барина найти что‑нибудь ценное. К поискам он привлёк более 20 крестьян. Однако операция не увенчалась успехом.

По иронии судьбы на клады чаще всего натыкались случайно. В 1913 году в Чернянке рыли погреб и нашли 828 медных русских монет XVIII века.

В 1940-м ученик Александр Горелов недалеко от просёлочной дороги нашёл более тысячи медных пятаков 1759–1796 годов. Монеты прекрасно сохранились.

А в 1950-м около села Елецкое Новооскольского района на песчаных холмах ветер выдул глиняную кубышку. В ней были кольца, серьги, медные и серебряные монеты. Самая древняя монета – 1723 года, а самая младшая – 1770-го. Часть этих монет передали Новооскольскому краеведческому музею.

Римские динарии. Фото Вадима Заблоцкого

Римские динарии.
Фото Вадима Заблоцкого

В разные времена в наших краях возникали легенды о спрятанных сокровищах. Одна из таких историй касается рода Юсуповых и их имения в Ракитном.

Представители этого княжеского рода после Февральской революции 1917 года вынуждены были уехать за границу. А куда делись их несметные богатства? Ведь не могли же они вывезти с собой столько ценностей. Где только ни искали сокровища Юсуповых. Но так ничего и не нашли. Возможно, они до сих пор спрятаны где‑нибудь в Ракитном. А может, это просто легенда.

И в наше время находят немало любопытных вещей. В своей статье в сборнике «Белгородская черта» член историко-поискового клуба «Огненная дуга» Сергей Петров рассказывает о находках людей, живущих в Старом Городе – районе областного центра, где располагалась вторая Белгородская крепость. Там были обнаружены многочисленные фрагменты керамики, нательные крестики и пуговицы времён Российской империи, раннеславянская антская фибула, серебряные монеты-чешуйки, бронзовые перстни. Кто знает, какие ещё сокровища сокрыты буквально под ногами!

//belpressa.ru